Коррупция представляет собой системную угрозу экономической безопасности Российской Федерации, приводя к прямым хищениям бюджетных средств и косвенным потерям в виде снижения инвестиционной привлекательности, роста теневой экономики, увеличения трансакционных издержек и деформации рыночных механизмов. Цель исследования – комплексный анализ масштабов экономического ущерба от коррупционных преступлений на основе официальной статистики, макроэкономических моделей и экспертных оценок за период 2021–2025 годов. В работе применены методы анализа уголовных дел, сравнительного анализа динамики выявленных нарушений, оценки влияния коррупции на валовой внутренний продукт с использованием данных Всемирного банка, а также расчет латентных потерь с коэффициентом 3–5. Результаты показывают, что официально зафиксированный ущерб в 2025 году превысил 80 млрд рублей, однако с учетом латентности реальные потери достигают 240–400 млрд рублей по прямым каналам и до 2,5 трлн рублей ежегодно (около 2% ВВП) по косвенным. Выявлены ключевые каналы экономических последствий: снижение эффективности государственных закупок, рост трансакционных издержек, отток прямых иностранных инвестиций, расширение теневого сектора и снижение производительности труда. Предложены меры минимизации ущерба, включая цифровизацию контроля, усиление независимости надзорных органов, развитие общественного мониторинга, международное сотрудничество и образовательные программы. Исследование подчеркивает необходимость комплексного подхода для повышения прозрачности, снижения коррупционных рисков и обеспечения устойчивого экономического развития Российской Федерации в долгосрочной перспективе.
Corruption poses a systemic threat to the economic security of the Russian Federation, leading to direct embezzlement of budget funds and indirect losses in the form of reduced investment attractiveness, growth of the shadow economy, increased transaction costs, and distortion of market mechanisms. The objective of this study is to comprehensively analyze the scale of economic damage from corruption crimes based on official statistics, macroeconomic models, and expert assessments for the period 2021–2025. The study utilizes methods of analyzing criminal cases, comparative analysis of the dynamics of identified violations, assessing the impact of corruption on gross domestic product using World Bank data, and calculating latent losses with a coefficient of 3–5. The results show that officially recorded damage in 2025 exceeded 80 billion rubles. However, taking into account latency, actual losses reach 240–400 billion rubles through direct channels and up to 2.5 trillion rubles annually (approximately 2% of GDP) through indirect channels. Key channels of economic impact have been identified: decreased public procurement efficiency, increased transaction costs, outflow of foreign direct investment, expansion of the informal sector, and decreased labor productivity. Damage-mitigation measures are proposed, including digitalization of oversight, strengthening the independence of oversight bodies, developing public monitoring, international cooperation, and educational programs. The study emphasizes the need for a comprehensive approach to increasing transparency, reducing corruption risks, and ensuring sustainable economic development in the Russian Federation over the long term. Ключевые слова: коррупция, экономический ущерб, бюджетные потери, государственные закупки, прозрачность, цифровизация, латентность, антикоррупционная политика. Keywords: corruption, economic damage, budget losses, public procurement, transparency, digitalization, latency, and anti-corruption policies.